На экраны выходит новый фильм Валерия Тодоровского «ГИПНОЗ»

Премьера состоится в основном конкурсе 42-го Московского Международного кинофестиваля, который пройдет с 1 по 8 октября

Подросток Миша посещает сеансы гипноза у психотерапевта Волкова, чтобы вылечиться от лунатизма. В результате Миша попадает под влияние гипнолога до такой степени, что перестаёт понимать, где реальность, а где иллюзия. После таинственного исчезновения одной из пациенток Волкова Миша решает провести расследование, чтобы докопаться до истины. Но что делать, если сон и явь слились в одно, а главный подозреваемый в итоге – ты сам?

СОЗДАТЕЛИ О ФИЛЬМЕ

ВАЛЕРИЙ ТОДОРОВСКИЙ: Школьником я попал в качестве пациента в лабораторию гипноза к выдающемуся гипнологу, профессору Владимиру Райкову. Это очень известный человек. Я провел у него месяца два-три. Сначала он пытался меня лечить. Потом выяснилось, что я не поддаюсь гипнозу. А потом мы с ним сдружились, и я стал ходить к нему в качестве ученика «волшебника». Потом это все закончилось. Но у меня остались эти воспоминания. Они были очень сильные.

ВАЛЕРИЙ ТОДОРОВСКИЙ: Я всегда думал, что из этого может получиться фильм. Хотя он у меня не был никак структурирован в голове. В какой-то момент мы стали разговаривать с Любой Мульменко о том, что мы могли бы сделать вместе. Я рассказал ей эту идею. Она загорелась. Безусловно, за этой историей стоят мои впечатления. И эти впечатления частично вошли в фильм. Там есть сцены, которые я видел своими глазами когда-то в возрасте 12-13 лет.

ВАЛЕРИЙ ТОДОРОВСКИЙ: Плюс мне хотелось сделать историю с героем–подростком. Я соскучился вообще по таким историям, в которых есть подростки и взрослые глазами этих подростков. Их какой-то замкнутый маленький мир, который можно довольно подробно исследовать, с головой в него погружаться. Это фильм, в котором, по сути, пять героев и город. И – все. После «Оттепели», «Большого», «Одессы» с их постановочным размахом, костюмами, массовками, декорациями и так далее, я получал наслаждение от того, что можно рассказать большую историю малыми средствами.

ЛЮБОВЬ МУЛЬМЕНКО: Сначала была идея сделать что-то вместе с Валерием Тодоровским, а потом мы стали искать – что именно. Он рассказал свою подростковую историю о незадавшейся гипнотерапии, я написала несколько пробных сцен. Сам по себе гипноз меня никогда не интересовал, но зато меня интересует, может, даже чрезмерно, человеческая память и то, как мы выдумываем или, наоборот, игнорируем реальность.

ГИПНОЗ

ВАЛЕРИЙ ТОДОРОВСКИЙ: Все, что есть в фильме – это то, что я видел своими глазами. Люба Мульменко, когда писала сценарий, изучила все, что можно. Она не просто читала, она встречалась с людьми разного уровня – и шарлатанами, и жуликами, и с реальными специалистами, потому что гипноз – это вполне клиническая история. Им лечат людей. Он существует. Есть лаборатории, есть попытки использовать его в самых разных областях. Это не мистика.

ВАЛЕРИЙ ТОДОРОВСКИЙ: Не все поддаются этому. Я, например, оказался к этому непригоден. И очень в свое время об этом жалел. Мне казалось, что если бы я был пригоден, то мог бы с помощью гипноза чего-то достигнуть особого. Но я видел людей, которые поддаются очень сильно. И это поразительное зрелище. Вопрос в том, насколько сильна в этот момент власть гипнолога над тобой, это тоже одна из тем фильма.

ЛЮБОВЬ МУЛЬМЕНКО: Я познакомилась с профессором биологии Александром Капланом, он рассказал мне массу всего полезного, выдал список литературы, поделился контактами. Консультанта-гипнолога, который работал на площадке, тоже посоветовал он.

ВАЛЕРИЙ ТОДОРОВСКИЙ: В какой-то момент, когда уже надо было снимать сцены гипноза, я вдруг испугался, как бы это не было смешно, как бы не было ощущения фейка. Мы отсмотрели кучу хроники. На площадке присутствовал профессионал-гипнолог, который сидел у монитора и следил, и в случае чего говорил: «нет, так себя человек в этом состоянии не ведет». В первой же сцене парень в состоянии гипноза как будто плывет в море. Надо было плыть ровно так, как люди плывут по-настоящему. Чтобы в этом не было желания удивить или фокус из этого устроить. Плывет себе человек и плывет. Это был момент особого внимания.

ВАЛЕРИЙ ТОДОРОВСКИЙ: Сцена с крысами один в один такая же, какую я видел в свои 13 лет в мастерской у Райкова. Райков имел блистательную карьеру, читал лекции, выступал в разных университетах мира. Потом просто умер из-за возраста. С ним все было хорошо. Он был большим авторитетом, крупным специалистом. Так вот, я видел эти сцены с крысами своими глазами. В начале было ощущение – да ладно, не может такого быть, он

притворяется. Потом был вопрос: «он что, реально видит крысу?». Но взглянув в глаза этим людям, ты вдруг понимаешь, что да, он в этот момент видит крысу. И он воюет с ней. И он ее боится. Это тот пациент, который поддается гипнозу.

ВАЛЕРИЙ ТОДОРОВСКИЙ: Если вдруг выяснится, что вы сильно гипнабельны, то вас можно привести к гипнологу, ввести в это состояние и устроить с вами шоу с крысой, и тут выяснится – будете вы убивать крысу или нет. Если будете, значит, в вас есть природная склонность к агрессии. А если не будете, то нет. Это и есть предмет эксперимента. И вы никогда не будете потом помнить, что с вами происходило в этот момент. Если вам это показать потом со стороны, вам будет смешно. Или страшно – увидеть, что ты можешь доходить до каких-то состояний, о которых ты не подозреваешь.

МАКСИМ СУХАНОВ: Опыта гипноза у меня не было, но ради любопытства я посещал несколько раз людей, которые этим занимались, исключительно из любопытства. Это было задолго до фильма. Я был скорее разочарован, чем очарован. На меня это совершенно не действовало. Но я ведь ходил туда от любопытства, а не с какой-то проблемой, в этом была разница между мной и теми, кто присутствовал там по какой-то причине. Их мотивация – освободиться от чего-то, а у меня – просто любопытство. Но я понял, что огромную роль тут играет вера. Люди, которые желают избавиться от проблемы и верят, что гипноз – это их единственный путь, скорее всего гипнабельны просто из-за своей убежденности. Не знаю, насколько все то, что происходит дальше, выводит из их проблемы. Но само подключение к этому лежит через оголтелую веру в такой метод. Если человек приходит туда со скепсисом, то ни у кого ничего не получится.

СЕРГЕЙ ГИРО: О гипнозе у меня были сведения только из фильма «Планета Ка-Пэкс». Там героя Кевина Спейси гипнотизируют, и только там я видел эти состояния. Ну и на каком-то обывательском уровне знал, что это такое, как это работает, простые знания. Так произошло, что как раз после съемок я не то что бы стал в это верить, но стал учитывать, что это возможно. Меня заинтересовала мысль Миши о том, что реальное нереально, я стал прислушиваться к ней и думать, что гипноз и его воздействие на людей и правда возможны. Но это и не докажешь, и не опровергнешь.

ЖАНР

ВАЛЕРИЙ ТОДОРОВСКИЙ: Я всю жизнь снимал и люблю снимать камерное кино. У меня были камерные фильмы – например, «Любовник». Я соскучился по таким фильмам. Это мне ближе, чем крупные постановочные картины.

МАКСИМ СУХАНОВ: Мне интересно существовать в пространстве камерной драмы, у меня таких работ было очень мало, и я даже чувствую в них недостаток. От съемок в фильме «Гипноз» я получил удовольствие.

СЕРГЕЙ ГИРО: «Гипноз» – это триллер. На съемках создавалась специальная атмосфера. Конечно, никто нас не пугал, были и разговоры, и веселые моменты, но что-то такое настораживающее присутствовало и для фильма это было очень хорошо.

ВАЛЕРИЙ ТОДОРОВСКИЙ: Это психологический триллер. Мне был интересен этот жанр. Хотелось сделать фильм, в котором неторопливо будет рассказана история, которая будет

нас интриговать, затягивать, вызывать шок, непонимание. Все эти хичкоковские мотивы, которые я обожаю в кино. Я один раз в жизни прикасался к этому, когда снимал фильм «Подмосковные вечера» с Ингой Дапкунайте и Володей Машковым. Там было убийство. Но это было в 1994 году. Я с тех пор соскучился по такому жанру. А история с гипнозом отличная для триллера. Это еще и мой нижайший поклон Альфреду Хичкоку.

РЕЖИССЕР

МАКСИМ СУХАНОВ: Вообще, мы с Валерием Тодоровским учились в одной школе, правда в параллельных классах. Это были 9 и 10 класс, 232я литературно-театральная школа. Тогда мы были знакомы весьма шапочно. Я жил далеко от школы, у меня были свои интересы, своя музыкальная группа, то есть никакой дружбы между нами не водилось. Первый раз я снимался у него в «Стране глухих», и уже на той картине почувствовал с ним общий язык. Так же было и здесь. Можно, конечно, говорить, что он стал гораздо опытнее в обращении с актерами, но для меня язык и понимание того, что мы находимся в одном коридоре, намного важнее. А мы с ним на одной волне – и ментально, и энергетически.

МАКСИМ СУХАНОВ: А еще мне показалось, что рвение работать с максимальной отдачей и проживание на площадке всего фильма от начала до конца, у Валеры остались такими же, как много лет назад. Я не почувствовал в нем ни усталости, ни разочарования, как это со многими случается. Он, как мне кажется, нашел внутри себя рецепт быть все время заинтересованным и любить эту работу.

СЕРГЕЙ ГИРО: Работать с Валерием мне чрезвычайно понравилось. Он очень умный человек, объясняет понятно, четко, всегда очень вежливый, внимательный, тактичный. Я очень благодарен ему за это приключение.

ЛЮБОВЬ МУЛЬМЕНКО: Валерий Тодоровский – удивительный собеседник, включённый, внимательный, вечно любопытный. И ещё он анти-самодур. Анти-Волков. Легко придумывает и легко отказывается от своих придумок, если видит, что они не работают. Счастливый и свободный от тщеславия автор. Он сказал на заре “Гипноза”, что после нескольких больших фильмов подряд хочет маленький – без толпы, без россыпи локаций. По-моему, прекрасное, честное желание.

АКТЕРЫ И ПЕРСОНАЖИ

ПРОФЕССОР ВОЛКОВ (МАКСИМ СУХАНОВ)

ВАЛЕРИЙ ТОДОРОВСКИЙ: Я думаю, что профессор Волков – это, безусловно, роль Максима Суханова. Она не была для него ролью на сопротивление. Как выясняется, есть вещи, которые очень мало кто может делать – быть в кадре, быть мощью, когда человек стоит, молчит, смотрит, а все замирают, как кролики. Я стал перебирать в голове варианты, а потом понял, что у Максима нет конкурентов для этой роли. Плюс я его очень люблю по-человечески, мы с ним старые товарищи. Мы учились вместе в школе. Когда-то он у меня снимался в «Стране глухих». Для меня это был шанс и подарок – еще раз его снять.

МАКСИМ СУХАНОВ: Я не могу сказать, что я прочел сценарий и сразу почувствовал, что это МОЯ РОЛЬ, но тем не менее она мне понравилась. Мой герой по профессии – врач-гипнолог, он – профессор, преподает в ВУЗе и имеет частную практику. А по сути он – оголтелый манипулятор. Вероятно, у него были сильные детские травмы. И теперь он вроде бы стремится к «совершенству» – в своей профессии, во всех делах, вообще в жизни – поскольку он уверен, что понимает, что есть совершенство. Таких людей в жизни предостаточно. Они стремятся к перфекционизму, совершенно забывая о том, что существуют еще и общечеловеческие ценности, связанные с личной свободой каждого человека. И если бы они придумали какой-то метод типа гипноза, который, по их мнению, позволяет вылечить человека от чего-то, то для них цель будет оправдывать средства, и они даже не задумаются о том, что человеку может быть необходимо пройти через какую-то болезнь, чтобы выздороветь самому. Эти люди совсем не склонны к рефлексии, но внутри себя они одиноки и недолюблены. Я так увидел эту историю и поэтому за нее схватился. Внутри моего героя живет разное. И чем дальше, тем его манипуляции становятся все изощреннее и изощреннее, и молодому герою Мише очень сложно их распознать, потому что они слишком убедительны, и совершенно не понятно, как им противостоять.

МАКСИМ СУХАНОВ: Я всегда пытаюсь что-то новое искать в себе, когда играю роль. Если материал совсем мне не интересен, или он никак не пересекается с теми проблемами, которыми я живу, я не берусь за такие проекты. Я всегда себя исследую, в том числе в работе. Многое из того, что есть в моем персонаже есть, возможно, и во мне. По крайней мере было. Я имею в виду свою доминанту. Я в свои молодые годы пытался подавлять кого-то, и у меня это получалось. А потом я это осознал. Ну и если бы я стал генералом или маршалом, то я до сих пор бы, наверное, этим занимался, и не получал бы удовольствия от рефлексии, а получал бы от манипуляции. Но как только ты начинаешь сомневаться в каких-то действиях, а людям это свойственно, то удовольствие от манипуляции растворяется и куда больше удовольствия ты получаешь от общения с человеком на равных.

СЕРГЕЙ ГИРО: Мне очень нравился Максим Суханов в роли глухонемого в «Стране глухих». Он артист высочайшего уровня и работать с ним очень приятно: он дает советы, ведет во время сцены. Наши отношения с ним на площадке как бы перекликались со сценарием, где его герой ведет моего героя, направляет его. Так и на съемках было – играя с ним какую-то сцену, ты начинаешь верить в его игру, его эмоции, подключаться к ним и играть лучше. Но параллели есть только в работе. Истории, который проходит мой герой, когда он сначала очарован профессором, тянется к нему вплоть до зависимости, а потом наступает жестокое разочарование, у нас с Максимом не было, мы отлично работали вместе, он мне помогал, я ему благодарен. Сюжет фильма не перетекал в жизнь.

МИША – СЕРГЕЙ ГИРО

ВАЛЕРИЙ ТОДОРОВСКИЙ: Мы долго искали исполнителя на роль юноши. В итоге нашли за несколько дней до начала съемок. Его зовут Сережа Гиро. И это классическая история Золушки. Я всю свою жизнь слышу, что кино построено на блате и знакомствах, сейчас уже начали говорить, что все дело в агентах, которые умеют договариваться. История Сережи Гиро все это опровергает. Я перепробовал огромное количество ребят. У нас потихоньку приближались съемки и начиналась паника. Потому что героя не было. И в какой-то момент мы дали объявление ВКонтакте. Таня Талькова, наш кастинг-директор, предложила присылать self-tape – самопробы. Он прислал. Я посмотрел и говорю: «вот этот парень

интересный». Выяснилось, что он находится в Красноярске. Я сказал: «везите его из Красноярска». Мне ответили: «Везти из Красноярска человека, о котором ты не знаешь ничего, не видел ни разу, просто потому, что он какое-то видео прислал?» Но я настоял, и он приехал. Он – школьник, увлекается театром, занимается в красноярской театральной студии. Приехал, сделал пробы и был на голову выше всех. И он получил главную роль. В фильме без него нет ни одной сцены. Вот так происходит – все по-честному, когда человек стоит того. Так что я очень рад. Я не представляю никого лучше.

СЕРГЕЙ ГИРО: Сейчас я учусь в 10 классе, на момент съемок это была обычная красноярская школа, а сейчас я перешел в Центр педагогического мастерства – это такая известная школа в Москве, которая работает с олимпиадниками. Год назад я участвовал во Всероссийской олимпиаде школьников и стал победителем региона по литературе. Сейчас я учусь в ЦПМ заочно, но не исключено, что в 11 классе переведусь на очное.

ВАЛЕРИЙ ТОДОРОВСКИЙ: Сергей Гиро оказался настоящим артистом. Наверное, первые дни как-то это ему давалось сложно. А потом он абсолютно на равных работал с остальными. Не говоря уже о том, что он мгновенно освоил всю киношную кухню, когда надо этой рукой взять, этой рукой положить. С этим не было проблем. Я думаю, что у него есть шанс вырасти в большого артиста.

СЕРГЕЙ ГИРО: Многим кажется, что после дебюта у Тодоровского, мне обязательно надо идти в актерский ВУЗ, но для меня пока не очевидно, что я буду поступать на актерский. Я пока не определился с будущей профессией. Только со сферой – это будет что-то связанное с литературой или искусством. Выбор слишком большой, думаю, что не стоит его делать быстро. Хотя, безусловно, дебют в фильме Валерия Тодоровского – это огромное событие и большое счастье.

СЕРГЕЙ ГИРО: Изначально я пробовался на другую роль к другому режиссеру – в проект «Межсезонье» Александра Ханта. Я четыре года занимался в театральной студии, и один из наших педагогов скинул кастинг Ханту, я очень ему понравился, но к нему в фильм не подходил. Хант решил поменяться результатами кастинга с Тодоровским – они оба искали подростков на главные роли. После этого меня попросили снять самопробы, а после позвали в Москву на очные пробы.

СЕРГЕЙ ГИРО: Между очными пробами и моим утверждением прошла неделя. Я улетел в Красноярск и ждал решения. Нам сказали, что в этот день поступит звонок, и мы с мамой ждали. В Москве было около 8-9 вечера, а в Красноярске 1-2 часов ночи. И тут раздался звонок. Конечно это – огромная радость, но с другой стороны я даже не был испуган, потому что как будто внутри я был к этому готов. Я долгое время усердно занимался в студии, играл во многих спектаклях у нас в театре. Я не направлял себя к определенной цели, но все равно подсознательно ждал какого-то события, которое «наградило» бы все мои труды, и вот оно пришло…

СЕРГЕЙ ГИРО: Я не слишком похож на моего героя. Его жизненные обстоятельства почти противоположны моим. И в семье. И вообще в жизни. У Миши очень инфантильные родители, они сами как подростки. У меня – наоборот, родители слишком внимательные, это другая крайность. Я никогда не ходил на гипноз и не становился жертвой манипуляции взрослых.

СЕРГЕЙ ГИРО: Во время съемок я не всегда понимал своего героя, он не полностью для меня раскрылся. Но сейчас, когда прошло почти два года, я стал старше, посмотрел больше фильмов, прочитал много книг и проапгрейдился во всех смыслах, история открылась для меня по новому. Сейчас это довольно близкая ко мне история. Я не похож на Мишу, но тем не менее.

СЕРГЕЙ ГИРО: Миша не дружит с родителями, потому что у него есть невротическое желание контролировать все. А родители просто плывут по течению. И Мишу это бесит. Это для него не по взрослому. Есть дети недолюбленные, а он как будто чувствует себя недоконролированным. Ему не хватает авторитета, отсюда и происходит его любовь к профессору, но потом Мише перестает нравится, что его контролирует какой-то дядя. Вроде он нашел для себя авторитет, но он не хочет быть ведомым.

ЛЮБОВЬ МУЛЬМЕНКО: Как и главный герой – подросток Миша, я контрол-фрик. Мне важно понимать, что происходит, и быть способной на это влиять. Поэтому меня категорически не интересуют или даже пугают наркотики, и я никогда не пошла бы на гипноз, а если бы пошла, то, скорее всего, не загипнотизировалась бы. При этом ситуация влюблённости, которая тоже связана с утратой контроля, меня совершенно не пугает и бесконечно интересует, потому что влюблённый и потерявший контроль ты – всё ещё ты, просто другой, ещё лучше и ещё хуже себя обычного.

МАКСИМ СУХАНОВ: С Сережей Гиро мне было очень хорошо. Он просто рожден для того, чтобы проникаться и проблемой, и тем персонажем, которого он играет, он в него верит по настоящему, так как необходимо верить всю жизнь в персонажа, когда ты выбрал себе эту профессию. Он отдавал себя всего до конца. Поэтому, когда он пойдет, я надеюсь, учиться, хорошо бы, чтобы его мастерство и все те знания, которые он будет получать, сформировали фундамент для того, чтобы быть органичным такому материалу.

МАКСИМ СУХАНОВ: Сергей гораздо взрослее своего возраста. Мы с ним беседовали иногда, он о чем-то меня расспрашивал, но у него внутри как будто уже было сформировано ощущение того, что он знает, как ему надо действовать в жизни. Ни в коем случае не могу сказать, что он открыл рот и слушал меня до конца проекта. Нет, мы общались на равных.

РОДИТЕЛИ (ЕКАТЕРИНА ФЕДУЛОВА И СЕРГЕЙ МЕДВЕДЕВ)

ВАЛЕРИЙ ТОДОРОВСКИЙ: Мишины родители – они не совсем родители, они раздолбаи. Они не алкаши, не наркоманы, не бьют своих детей. Они вообще нормальные, просто инфантильные. Но подростку свойственно отрицать родителей, искать авторитет на стороне. Я тоже в этом возрасте считал, что мои родители никуда не годятся. Я смотрел на папу своего друга и думал: «вот мне бы такого папу, он настоящий!». Я видел в нем пример, силу, авторитет. И это история про то, что Миша в профессора Волкова влюбился в какой-то момент и захотел стать таким же. А Волков поставил над ним эксперимент. Жестокий эксперимент.

ВАЛЕРИЙ ТОДОРОВСКИЙ: Мне нужна была искренняя, живая, очень простая и трогательная мама. Я устроил пробы, приходило много актрис. А потом пришла Катя Федулова и сделала это лучше всех. Мне показалось, что это точное попадание в то, что я

хотел. Так же, как и с Сергеем Медведевым в роли папы. Мне нужны были родители-неформалы. Для Миши родители – сами как дети. Он сам над ними шефствует. А ему нужен авторитет. Поэтому и появляется Волков.

МАКСИМ СУХАНОВ: Родителям подростков, конечно, надо понять, что в этот период их дети проходят состояние микросумасшествия – крыша в этот момент у них чуть-чуть съезжает, авторитет родителей падает, возникает момент очень сильного фрондерства. Тем и сложнее, и интереснее, и тем тщательнее и щепетильнее надо искать контакт, и внимательнее вести диалог. Если же дети оторваны от родителей, то конечно, этот период будет гораздо сложнее, чем для тех, у кого родители интересовались, чем живут дети и чего они хотят. Этот возраст тяготеет к тому, чтобы найти авторитет на стороне. Родителям же важно донести до подростка, что главный авторитет ему нужно искать внутри себя самого.

ЛЮБОВЬ МУЛЬМЕНКО: Мишу, Васю и их родителей я придумывала с оглядкой на знакомую семью. Семья очень симпатичная, там принято дружить с детьми, а не воспитывать. В реальной их жизни этот метод, в общем, не даёт побочных эффектов, но в кино я позволила допущение, что Миша парадоксальным образом не рад внутрисемейной демократии. Ему не хватает сильной руки, он находит её на стороне и в результате приходит к выводу, что лучше всё-таки без рук. У Волкова прототипа нет, это просто собирательный образ авторитетного старшего, которым ты очаровываешься, а он этим упивается.

СЪЕМКИ

ВАЛЕРИЙ ТОДОРОВСКИЙ: Этот фильм – ко-продукция с Финляндией. Оператор – Жан-Ноэль Мустонен – финн. Часть звуковиков – финны. В Финляндии делалась цветокоррекция. Это была наша попытка сделать международную копродукцию и получить на нее европейские деньги. С деньгами не вышло, но сам опыт копродукции был очень интересным.

ВАЛЕРИЙ ТОДОРОВСКИЙ: Весь фильм снят в Москве. Столица в фильме не очень узнаваемая, не открыточная, но это все центр Москвы: Пироговка, сквер Толстого. Я принципиально не хотел акцентировать, что это Москва. Это некий центральный город.

СЕРГЕЙ ГИРО: Первый съемочный день был волнительным. Когда происходило классическое разбивание тарелочки о штатив, волнение было прямо до дрожи, даже не могу определенные слова подобрать – это были какие-то неописуемые чувства, очень сложные оттенки, перекрестки различных переживаний. Боюсь, в нашем языке даже слов нет для описания того, что я чувствовал тогда. По-актерски сцена была довольно простая, но в техническом плане сложная – я веду младшего брата в школу, а на улице – метель. Метель была бумажная с добавлением какого-то материала. Этот «снег» налипал нам на лица, было неприятно. Но кадр получался очень красивым.

ВАЛЕРИЙ ТОДОРОВСКИЙ: Технически это было очень сложно. Мы снимали весь фильм с бесконечными снегомашинами, с ревом ветродуев. Снимали зимой, но все время делали снег. Это было дорого, мучительно, снег лип к лицу, это всех достало. Он очень усложнял процесс, потому что постоянно его было то мало, то много, то он летел не туда. Но мне очень нравилось снимать снег.

ВАЛЕРИЙ ТОДОРОВСКИЙ: В фильме очень много снега. Снег имеет на меня абсолютно гипнотическое воздействие. Когда за окном идет снег, я могу сидеть и долго смотреть на него, я впадаю во что-то вроде гипноза. Падающий снег – это образ. Я давно не снимал московскую зиму. Плюс была возможность сделать так, что этот снег, который идет в каждой сцене до какого-то момента, это некий морок. Ты живешь в этом снегу, а он все идет и идет. Снег для меня – это сон. А потом он вдруг заканчивается – в тот момент, когда наступает реальность.

СМЫСЛЫ

ВАЛЕРИЙ ТОДОРОВСКИЙ: Если оглянуться в прошлое, то всю мою сознательную жизнь кто-то пытался проникнуть в мои мозги и меня поправить – советская власть, детский сад, школа, пионерия, комсомол. Они все меня поправляли. Они пытались сделать из меня того, кто им нужен. Сейчас тоже есть эти попытки. Когда я начал делать фильм, я имел в виду именно это. Речь идет не только о том, можно ли ученому проводить эксперименты над нашим сознанием. Я имел в виду вообще – где границы, куда можно залезать, а куда нельзя. И где границы, в которых есть мы, настоящие мы, а где начинается уже влияние на нас, где начинается размывание нашей идентичности? Делая этот фильм, я помнил про то, что тема вмешательства, внедрения нам идей, попытки отнять у нас какие-то наши воспоминания, переиначить их, перетрактовать, вывернуть наизнанку – что хорошо, что плохо, что можно, что нельзя, что было, чего не было… В свое время этому посвятил целый роман – «1984» – Джордж Оруэлл. Только у него открытый памфлет, а я рассказал простую историю про подростка и про врача, который искренне верит, что он может людей поправить. При этом врач очень талантливый и, может, действительно, он это может. Вопрос: надо ли? И насколько это безобидно?

МАКСИМ СУХАНОВ: Это ординарная ситуация тирана и жертвы. Очень близкая ситуация, с которой знакомы многие в нашей стране. Тиран может быть очень изощренным манипулятором, а жертва долгое время не понимает, что ею манипулируют. Такое происходит сплошь и рядом. И люди, у которых мягкий внутренний стержень, не могут противостоять манипуляции и становятся жертвами, часто на долгие годы.

СЕРГЕЙ ГИРО: Мне кажется интересной идея зла во имя добра. Можно ли совершать маленькое зло ради большого добра? Это есть в линии профессора, который желая вылечить девушку, обманывает ее и наносит ей повреждения, которые приводят к необратимым последствиям. В одной из сцен Миша бросает профессору фразу – «нечего лезть туда, где вы не можете контролировать». На что профессор отвечает, что хирургические операции тоже не всегда успешно проходят и это не повод их не делать. Это сложная дилемма, нерешаемая, об этом много есть фильмов. И наш – один из них.

МАКСИМ СУХАНОВ: Мне кажется, что в этой картине через те проблемы, которые в ней подняты, можно увидеть вообще срез налаживания коммуникации в стране: народ в большинстве своем находится в пубертатном состоянии и у нас всегда есть какой-то авторитет, или какой-то отец, который манипулирует своими детьми, и не хочет искать другого взаимодействия, кроме как лобовыми, пещерными методами, а иногда – научными и изощренными. И когда человек, слушая этого «отца» и манипулятора и воспринимая его слова за откровение, не может представить себе, что тот говорит не от чистого сердца, что это – манипуляция. И этот фильм – месседж к тому, чтобы человек умел смотреть внутрь себя, слушать себя, и отличать настоящее от поддельного.

ЛЮБОВЬ МУЛЬМЕНКО: Этот фильм о том, что как кому кажется, так тому и есть. Об условности реальности и о том, как мы сами себе её назначаем. С правом отмены, слава богу.

ВАЛЕРИЙ ТОДОРОВСКИЙ: В фильме есть сцена, где родители смотрят телевизор, и они абсолютные зомби. У меня был соблазн поставить туда программу Соловьева. Просто эти конкретные родители – совсем не те люди, которые смотрят Соловьева. Но вообще склонность людей к тому, чтобы найти кого-то, кто будет им внушать реальность и объяснять, как жить, что делать, о чем думать, о чем не думать, что хорошо, что плохо, очень высока. Люди хотят этого, людям это надо. И такой человек, как Волков, приходит и говорит: «я вам все расскажу, я вас поправлю». Это история мальчика, который против этого восстал. Который захотел иметь одну ясную свою реальность. Это история про то, что не надо нам лезть в мозги. Мы сами разберемся.

О СОЗДАТЕЛЯХ ФИЛЬМА:

ВАЛЕРИЙ ТОДОРОВСКИЙ

Родился в Одессе в 1962 году. Режиссер, сценарист, продюсер. Лауреат множества профессиональных премий, среди которых «Ника» («Оттепель»), «Золотой Орел» и приз ФИПРЕССИ на МКФ в Карловых Варах («Мой сводный брат Франкенштейн»).

В 1978 снялся в фильме Юлия Райзмана «Странная женщина». В 1984 закончил сценарный факультет ВГИКа. Написал сценарии 15 полнометражных фильмов. Снял 13 фильмов как режиссер.

Фильмография: «Катафалк» (1990), «Любовь» (1991), «Подмосковные вечера» (1994), «Страна глухих» (1998), «Любовник» (2002), «Мой сводный брат Франкенштейн» (2004), «Тиски» (2007), «Стиляги» (2008), «Оттепель» (2013), «Большой» (2016), «Одесса» (2019), «Гипноз»

ЛЮБОВЬ МУЛЬМЕНКО (автор сценария)

Драматург, сценарист, окончила филологический факультет Пермского государственного университета по специальности «журналистика» (2008) и курсы арт-журналистики института Pro Arte в Санкт-Петербурге (2009). В 2009 дебютировала в театре с двумя документальными спектаклями «Так-то да» (Киров, Театр на Спасской, реж. Борис Павлович) и «Алконовеллы» (Москва, Театр.doc, реж. Лера Суркова). В 2014 году две полнометражные картины по её сценариям — «Комбинат «Надежда» и «Еще один год» — были представлены на Роттердамском фестивале. В 2014 году режиссерский дебют Нигины Сайфуллаевой «Как меня зовут» по сценарию Любови Мульменко получил специальное упоминание жюри с формулировкой «за лёгкое дыхание и целостность художественного решения» на фестивале «Кинотавр». Также Любовь Мульменко является автором сценария к сериалам «Красные браслеты» Наталии Мещаниновой и «Детки» Нигины Сайфуллаевой, лауреатом премии «Слово» за сценарий к фильму «Еще один год» и номинантом на премию «Ника» как «Открытие года» за сценарий к фильму «Комбинат «Надежда». В 2016 году в издательстве «РИПОЛ Классик» вышла дебютная книга рассказов Любови Мульменко «Веселые истории о панике». Одна из последних на сегодняшний день работ — сценарий к фильму Валерия Тодоровского «Гипноз». В 2020 дебютировала как режисер с фильмом «Дунай» (съемки состоялись в сентябре 2

020 года).

МАКС

итор, ресторатор. Дважды лауреат Госпремии РФ. В 1985 окончил Театральное училище им. Щукина и поступил на службу в театр им. Евг. Вахтангова. Сотрудничал с Ленкомом, Театром имени Станиславского, Театром им. Вл. Маяковского.

В кино с 1985 года. Снялся в 50 фильмах.

Избранная фильмография: «Лимита» (1994), «Страна глухих» (1998), «Мама» (1999), «24 часа» (2000), «Богиня. Как я полюбила» (2004), «Дети Арбата» (2004), «Обратный отсчет» (2006), «20 сигарет» (2007), «Обитаемый остров» (2008), «Обитаемый остров. Схватка» (2009), «Утомленные солнцем 2. Предстояние. Цитадель» (2010-2011), «Мишень» (2010), «Орда» (2011), «Борис Годунов» (2011), «Роль» (2013), «Викинг» (2016), «Сквозь черное стекло» (2018), «Волшебник» (2019), «Один вдох» (2020) «Маша» (2020) и др.

ЕКАТЕРИНА ФЕДУЛОВА (мама)

Родилась 05.11.1979 в Москве. Впервые снялась в кино в 11-летнем возрасте, в картине Пала Эрдеша «Свистун». В 2004 году окончила актерский факультет Международного славянского института (мастерская И.М.Тарханова и Г.А.Фролова). Во время учебы снималась в рекламных клипах и музыкальных роликах. Работала в Московском областном театре юного зрителя (г.Реутов). Играет в спектаклях Центра драматургии и режиссуры Рощина и Казанцева, Творческого объединения “Дуэт”, Театрального агентства “Лекур”.

В кино сыграла 37 ролей.

Избранная фильмография: «Питер FM» (2006), «Искушение» (2007), «Ласковый май» (2009), «Гувернантка» (2009), «Лапушки» (2009), «Возвращение домой» (2011), «Опережая выстрел» (2011), «Операция Горгона» (2011), «В бегах» (2014), «Раскоп» (2015), «Это наши дети!» (2015), «К теще на блины» (2016), «Сезон посадок» (2018) и др.

СЕРГЕЙ МЕДВЕДЕВ (папа)

Родился 05.11.1982. В 2004 году окончил Школу-Студию МХАТ, курс Евгения Каменьковича.

В 2004 году принят в труппу Художественного театра. Играл в спектакле Олега Меньшикова «Кухня». На сцене Художественного театра дебютировал в спектакле «Преступление и наказание» (Миколка). Участвует в спектаклях: «Белая гвардия», «Господа Головлевы», «Изображая жертву», «Король Лир», «Мещане» и др.

В кино сыграл более 25 ролей.

Избранная фильмография: «Изображая жертву» (2006), «Юрьев день» (2008), «Суперменеджер, или мотыга судьбы» (2010), «Аномалия» (2017), «Дорогой папа» (2018) и др

ГИПНОЗ

(участник конкурсной программы ММКФ)

Режиссер – Валерий Тодоровский

Автор сценария – Любовь Мульменко

Операторы – Жан-Ноэль Мустонен

Музыка – Анна Друбич

Художник-постановщик – Юлия Макушина

Художник по костюмам – Александр Осипов

Продюсер – Валерий Тодоровский

Сопродюсеры – Наталья Дрозд, Алекси Хюверинен, Тони Валла

Актеры – Максим Суханов, Сергей Гиро, Екатерина Федулова, Сергей Медведев, Полина Галкина, Степан Середа

Жанр – психологический триллер

Год – 2020

Страна – Россия, Финляндия

Хронометраж – 113 мин

Возраст – 12+

Прокат – с 15.10.2020

Производство: Студия «Мармот-фильм», при поддержке Фонда кино, Фонда развития современного кинематографа «Кинопрайм», Платформа “Кинопоиск HD”, Финского Фонда кино, телеканал YLE (Финляндия), Компания “Don Films” (Финляндия), Компания “Post Control Finland” (Финляндия)

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *


доступен плагин ATs Privacy Policy ©

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.